Всемирно известная компания

Главная

Покупатели таких наборов называют себя body-hackers («хакеры тела»). Кевин Уорвик, британский ученый-кибернетик, был первым, кому имплантировали устройство радиочастотной идентификации в далеком 1998 году. Кевин рассказал мне, что ею решение вполне естественно вытекало из необходимости работать в здании, где все замки, автоматические датчики света и регулировки температуры в помещении были компьютеризированы. Уорвику хотелось быть таким же «умным», как и здание, в котором он работал.

Те, кто проводит над собой такие опыты, напоминают мне первых людей, пытавшихся научиться летать, прикрепляя к рукам длинные палки с перьями. Но в тот самый момент, когда я попросил Харбиссона показать место на голове, где вживлена антенна, мне открылось нечто большее. Я сомневался, была ли моя просьба уместной. Но готовность, с которой Харбиссон продемонстрировал мне антенну, напомнила мне, как охотно люди хвастаются новым смартфоном или фитнесс-трекером. И мне стало по-настоящему интересно понять, в чем на самом деле разница между Харбиссоном и мною или любым из нас.

Всемирно известная компания маркетинговых исследований Nielsen в 2015 году опубликовала отчет, сообщив, что среднестатистический человек старше 18 проводит около десяти часов в день, уставившись в экран. (По сравнению с 17 минутами в день, которые мы тратим на занятия спортом.) Я все еще помню номер домашнего телефона одного из моих лучших друзей детства, но на намять не назову ни одного номера сотового друзей нынешних. (И сказанное справедливо в отношении семи жителей Великобритании из десяти.) ю процентов американцев принимают антидепрессанты. (Среди женщин в возрасте от 40 до 60 лет эта доля составляет 25 процентов.) При этом есть исследования, согласно которым для многих подобных пациентов лучшим лекарством стала бы простая прогулка по лесу. Шлемы виртуальной реальности — одна из самых продаваемых игрушек для геймеров. Машины — это наши ноги, калькуляторы — ум, a Google — память. В современном мире нашу жизнь можно признать биологической только отчасти. И не существует незыблемых и однозначных границ между организмом и технологией, между углеродом и кремнием. Возможно, мы пока не очень представляем, куда направляемся, но одно совершенно ясно: оттуда, где были раньше, мы сегодня ушли.

Добавить комментарий

Comment
Name*
Mail*
Website*